Гелиос 58. Том 2. Да здравствует сила! (Издание второе) - Сергей Сигрин

ты мне объяснишь, что здесь произошло, – поднял на него свой взгляд Габриэль.

– Ты замкнул круг от восхода до заката, – ответил гелан, – и они встретились с собой.

– И исчезли, как Дем, – горько усмехнулся Габриэль.

– Да, как Дем, – абсолютно спокойным голосом подтвердил Мефаэлет. – Вижу в твоём сердце горечь.

– Вы же знали кто будет там, так? – Габриэль почувствовал, как в нём поднимается волна гнева и попытался успокоиться.

– Мне понятны твои эмоции, брат, и мне грустно от того, что тебе пришлось сделать, – голосом полным сочувствия произнёс Мефаэлет. – Прости нас, последнее воплощение Мартиана.

– Загребать жар чужими руками, – скривился Габриэль, – так это называется.

– Не знаю о чём ты, – голос гелана снова стал абсолютно безэмоциональным, – но мы готовы выполнить своё обещание.

– Держи, – Габриэль пододвинул к Мефаэлету три тяжёлых свитка.

Гелан прикоснулся к каждому из них рукой, воздух перед столом, переливаясь и источая серый туман, задрожал, раздался звук похожий на шорох и все три свитка исчезли.

– Теперь галактическое сообщество будет в безопасности, – произнёс гелан. – Благодарю тебя за помощь, брат.

За спиной Мефаэлета возникло дрожащее марево, пространство исказилось и Габриэль увидел длинный тоннель с тёмно-серыми стенами и ярким манящим светом в его конце.

– Ты можешь передумать и стать рядом с нами, брат, – сказал Мефаэлет, – но и на Земле мы будем помогать тебе…

– Благодарю, – Габриэль выключил квантком, одел шлем и пошёл ко входу в тоннель. – Знаешь, – остановился он в самый последний момент, – я не хотел, чтобы всё так получилось.

– Знаю брат, – ответ гелана прозвучал очень тихо и в его голосе, казалось, проскочила нотка грусти.

Габриэль сделал шаг в тёмное жерло тоннеля. Его подхватило и понесло вперёд к далёкому свету. В этот раз не было ни порыва ветра, ни серого тумана, ни вспышки света – он просто летел, а яркий свет манил его, словно ночную бабочку, летящую на свет фонаря.

И вдруг он остановился. Он не мог сказать это наверняка, но он точно понимал, что больше никакого движения нет – он просто завис посреди тоннеля.

– Друг, – раздался голос в абсолютной тишине, – тебе нельзя туда.

– Почему? – удивился Габриэль.

– Тебя направили туда, куда ты не должен попасть, – ответил голос.

– Что же теперь делать? – поинтересовался Габриэль.

Вокруг что-то в один миг неуловимо изменилось – стенки тоннеля расширились и стали абсолютно чёрными, а свет исчез.

– Покажу, – сказал голос.

– Где мы? – спросил Габриэль.

– Просто смотри, – произнёс голос.

В черноте пространства появились сполохи света, постоянно расширяющиеся и сливающиеся в фигуру, состоящую целиком из света.

– Мефаэлет! – Габриэль узнал верховного правителя гелан.

– Смотри, – сказал голос.

Фигура шла по невидимой тропе в полной темноте, от неё отлетали куски, тая в черноте пространства. И по мере продвижения, фигура всё больше преображалась – отпали крылья, выросли рога на голове, кожа стала серо-коричневого цвета, а пальцы обрели когти.

– Балгр! – изумлённо произнёс Габриэль.

– Мы в точке, где пространство меняет свои свойства и преображает суть вещей, – пояснил голос.

– Так значит, балгры в нашей вселенной могли выглядеть как… – Габриэль увидел перед собой не уродливых существ, которые напали на него в столице «отщепенцев», а прекрасных детей света.

– Да, – подтвердил голос, – ты прав, их насильно привели в тот мир.

– Балгры подарили Дему эмоции, – сказал Габриэль, – а почему гелане не сделали этого по отношению к Терису?

– Они отказались, – сказал голос, – и тебе туда нельзя.

– Что мне делать? – спросил Габриэль.

– Сначала представь, а потом иди, друг, – ответил голос.

Габриэль достал из хранилища на поясе шар и цилиндр из чёрного минерала и поднёс к глазам. Звёзды и туманности горели ярким огнём и манили вслед за собой. Габриэль представил свою родную Солнечную систему, мысленно отыскал в ней Землю, увидев во всей её красе, с её голубыми морями и океанами, с её зелёными лесами, жёлтыми пустынями, белыми шапками гор и полюсов.

«Дом,» – защемило у него внутри и на глаза накатились слёзы.

Пространство вокруг сжалось до одной точки, которая стала нестерпимо яркой, потянула за собой, прошла волной по всему телу и вытолкнула его из себя.

– Друг, – словно эхо прозвучал голос того, кто был законом, пределом, невозможным для многих, но возможным для других.

Экран визора погас – интеллект доспехов вышел из строя, а, связанная с ним, система жизнеобеспечения прекратила работать и с каждой секундой, с каждым мгновением, в герметично закрытом шлеме становилось всё тяжелее дышать. Габриэль повернул механические блокираторы в районе шеи и сдёрнул с себя, ставший бесполезным шлем. Тёплый воздух с лёгким солоноватым привкусом моря ударил ему в ноздри.

Глава 57

– Я стою на скале светло-жёлтого цвета, то там, то сям небольшие кустарники и высохшая под жарким южным солнцем трава, – Алексей повернулся к Анне и, подперев голову правой рукой, делился с ней событиями из своего сна, попутно вспоминая некоторые его детали, которые могли бы через какое-то время насовсем исчезнуть из памяти. – На мне белые доспехи, шлем я уже снял и держу в руке. Стою и думаю, куда мне лучше пойти – вперёд к морю или подняться на гору и осмотреть окрестности. Решаю идти на гору. Оказалось, что кто-то вырубил ступеньки в скале и подниматься было достаточно легко.

– Обычно во сне бегать и ходить тяжело, – улыбнулась Анна.

– Но не в этот раз, – усмехнулся Алексей. – Поднялся на гору, а там, выложенная каменными плитами, ровная площадка и маленький такой, построенный из песчаника, храм с колоннами. Стою смотрю на храм – вокруг никого. Захожу внутрь, вижу – алтарь. Внутри, кстати, очень так простенько – голые стены, плитка на полу. Снимаю с себя доспехи, складываю их на алтарь, сверху ставлю шлем и становлюсь на одно колено перед алтарём. Вдруг, слышу голос:

– Встань же, Габир Антей, путь воина закончился здесь. Атхенайа Паллас дарит тебе своё благословение на новую жизнь. Поднимаю голову и вижу перед собой невысокого мужчину в белом хитоне.

– Слетаем на Крит? – Анна обвила его руками и притянула к себе. – Видишь, как тебя тянет к Древней Греции, значит, пора её посетить.

– Только – за, – улыбнулся Алексей и нежно поцеловал Анну.

Стояла середина весны. Солнце уже вовсю грело и прогулки в старом городе доставляли Алексею особое удовольствие. Ему нравилось мерить расстояние, шагая по булыжной мостовой узких улочек, сжатых с двух сторон прекрасно сохранившимися зданиями некогда важного ганзейского города. Идти нужно было непременно неспеша, разглядывая здания и выискивая новые детали в том, что уже видел много раз. Можно было зайти во дворик и постоять в самом его центре, впитывая атмосферу этого маленького острова обычной жизни, скрытого от глаз многочисленных туристов, что могли бы нарушить его привычный уклад и гармонию. Сколько раз ему уже удавалось находить такие места, где можно было просто исчезнуть из людской суеты и лишь слушать цоканье каблуков, доносящихся с улицы.

Они шли по узенькой улочке вдоль городской стены. Алексею нравилось ощущать тёплую ладонь Анны в своей руке, бросать на неё быстрые взгляды и иногда прижаться чуть ближе, сделав вид, что столбик лучше обойти вместе с одной стороны, чтобы не отпускать её руки. И иногда, оглянувшись по сторонам, поцеловать прямо в губы, почувствовав себя школьниками, которые скрывают свои отношения от всего мира.

– Давай зайдём в моё любимое кафе, – предложил Алексей. – Там отличный кофе и вкуснейшие в городе пирожные.

– Ты мне раньше не говорил об этом, – улыбнулась Анна, – но кофе я сейчас бы выпила.

Узкая улочка привела их на площадь перед собором, откуда уже было рукой подать до кафе, в которое Алексей иногда заходил, когда работал на фирме у Романа Васильевича.

«Интересно, как он там? Держится ли? – подумал Алексей – с площади в разные стороны разбегалось много улочек и он выбрал ту, что вела к его любимой пекарне. – Вроде человек он хваткий, не пропадёт.»

До Алексея доходили слухи, что Роман Васильевич закрыл фирму по информационным технологиям и организовал рекламное